В Могилеве во время облавы ГУБОПиКа 16 марта задержали кандидата биологических наук Наталью Мартусевич. В видео на канале силовиков она говорит, что «регистрировалась в плане “Перамога”». Правда, позже оказалось, что бот был фейковым, созданным силовиками. На это силовики ответили: «И что, теперь ее понять и простить? Неважно, каким этот план оказался, фейковым или настоящим. Важно, что она была готова встать на экстремистский путь. И это не она преступление не совершила, это ГУБОПиК не дал ей его совершить». К сожалению, подобные задержания людей, зарегистрировавшихся в фейковом чат-боте, не редкость. Мы спросили у бывшего белорусского адвоката, насколько правомерно задерживать людей за присоединение к фальшивым ботам плана «Перамога» и можно ли арестовывать за намерение присоединиться к партизанам.
Мы не называем имени эксперта в целях безопасности. Его данные есть в редакции.
Как отмечает наш собеседник, регистрация в боте плана «Перамога» с точки зрения белорусских силовиков равносильна совершению преступления по ч. 3 ст. 361−1 УК (Создание экстремистского формирования либо участие в нем). Санкции этой статьи предусматривают до шести лет лишения свободы.
— В этой ситуации важна не только объективная часть преступления, но и наличие субъективной стороны. Объективная сторона преступления — совершение активных действий по участию в экстремистском формировании, — объясняет адвокат. — Важно, что, вступая туда, ты обязуешься, условно, выполнять приказания и участвовать в экстремистской деятельности. Но ответственность наступает не за те действия, которые экстремистское сообщество совершило, а просто за участие в этом сообществе. Дальше смотрим на субъективную сторону: это наличие вины и мотива. И тут многое зависит от того, что скажет человек. Если задерживают и спрашивают: «Почему ты туда вступил?», а человек отвечает, что знал, что это фейковый аккаунт, и зашел туда по приколу, то отсутствует состав уголовно наказуемого деяния. Так как у человека не было цели участвовать в организации для совершения преступной деятельности. Если же человек отвечает, что думал, что это настоящий план «Перамога», и хотел помогать партизанам, то состав, с их точки зрения, налицо.
При этом то, был ли аккаунт фейковым, роли не сыграет. Как отмечает собеседник, в данном случае заблуждение задержанного будет использоваться против него.
— Аналогичная история: в Беларуси есть много уголовных дел, открытых благодаря фиктивным закладкам наркотиков. Туда закладывается муляж, на специальных сайтах дается информация, что в этом месте можно купить наркотики, человек попадается, переводит деньги, получает координаты, а на месте закладки его встречают. Фактически наркотиками задержанный не завладел, но состав уголовно наказуемого деяния имеется: умысел был, деньги перечислены, по нужным координатам пришел, — рассказывает собеседник.
Правда, законность таких действий — вещь очень спорная, отмечает адвокат. Например, во многих странах с развитой системой права закладка ненастоящих наркотиков и создание фейкового аккаунта объединения, признанного экстремистским, будут являться провокацией. Наш собеседник приводит в пример Польшу: там такое дело до суда просто не дойдет.
— Во многих странах такие действия запрещены законом — нельзя провоцировать человека на совершение преступления. Но в Беларуси подобные провокации могут стать причиной для формирования состава уголовного преступления, — уверен юрист. — Проблема в том, что являются ли такие действия провокацией или оперативным экспериментом — это оценочная категория. И эту оценку дает прокуратура, когда санкционирует оперативный эксперимент в виде создания фейкового бота. Если кто-то клюнул и попался — все, по белорусским законам это совершенное преступление. То есть то, что является незаконным, власти облекают в законную форму.
При этом готовность донатить или выполнять указания, следующие от плана «Перамога», не может стать основанием для дополнительного обвинения, уверен адвокат. Здесь намерения человека не являются покушением на совершение еще одного преступления, они только будут подтверждать, что он вступал в «экстремистское сообщество» с целью занятия «экстремистской деятельностью».
— То есть положительный ответ на вопрос, готовы ли вы финансировать план «Перамога», не образует состав преступления. А вот если вы перечислили даже один рубль, то тогда вопросов уже нет, это финансирование, — объясняет разницу собеседник. — В ситуации, когда вы начали перечислять деньги, но платеж не прошел по независящим от вас причинам (банк отклонил перевод, например), то это будет покушение на совершение преступления. То есть перевод совершен, но деньги не дошли.
Комментируя высказывание приближенного к силовикам телеграм-канала о том, что женщина «была готова встать на экстремистский путь», а ей не дали, собеседник отмечает: это свидетельствует об оконченности состава преступления. То есть в глазах силовиков ответственность за присоединение к фейковому плану «Перамога» будет такая же, как и за регистрацию в настоящем боте. Так как если бы аккаунт был правильным, она бы присоединилась.
— Здесь все зависит от показаний, и важен мотив. Если я ищу какой-то бот, а по ошибке нашел другой, то попробуй докажи, что я хотел вступить в какой-то план. Но если в процессе регистрации есть вопросы, вы на них отвечаете и из ответов четко следует, что вы осознаете, куда вступаете, тогда это состав преступления, — объясняет он. — Например, если вы вступите в ИГИЛ и потом займете позицию, что вы не знали, кто это, такая позиция будет странной. То же самое в Беларуси — все же знают, что такое план «Перамога». Поэтому если в этих ботах есть анкетирование, то у людей должно быть понимание, к чему может привести заполнение подобного опроса. Но главное, помнить, что признание вины — царица доказательств, а молчание — золото.
Смотрите также
Поблагодарить за статью